Статский советник Евграф Тулин [сборник] - Георгий и Ольга Арси

Чем дальше они уходили от входа, тем заметнее уменьшалась высота и ширина прохода. Если вначале они могли идти рядом друг с другом, то через полверсты только один за другим. Пройдя ещё, полицейские, подошли к разветвлению пещеры на два хода.

– Куда пойдём, вправо или влево? – уточнил Тулин у Егора Егоровича.

– Мне всё равно, ну давайте пойдем влево. Мужичок советы нам дал. Не хочется на коленках ползать. Давайте вначале левый проход осмотрим, а потом и правый. Если надобность в этом будет, – ответил надзиратель.

Выбрав левый ход, они направились по нему. Пришлось идти слегка согнувшись. Пройдя несколько десятков шагов, Тулин повернувшись к Кротову сказал: «Скоро придется идти на коленках. Но обследовать, для успокоения души надо». Ответ он не получил. Раздался взрыв, с потолка посыпались камни. Лампа, которую держал Кротов, выпала из рук. Стекло разбилась о каменный пол. Они изумлённо повернулись, и сквозь пыль увидели, что проход, через который они вошли, завалило отколовшимися от стен камнями. Обратное возвращение, через прежний путь, от прогремевшего взрыва, стало невозможен. Каменная пыль медленно оседала к полу. Оба полицейских, в стахе и смятении, сели прямо на каменный пол.

Глава 25 Старая пристань. Поиск полицейских

Китовый с удовольствием рассматривал гладь пруда, стоя на пристани у воды. Вдали пруда виднелся островок, еле-еле торчащий из воды. Да и то только к концу лета. Тогда, когда пруд терял воду от жары.

«Вот немного поднатужусь и построю настоящий остров. С домами и необыкновенными дворцами. Корабли срублю. Трактир с гостинными номерами открою. Будет для губернии забава», – думал купец, загадывая желание.

Вдруг он увидел бегущих Макара и Бажена. Они неслись «сломя голову» напрямую к нему. Подбежав, остановились. Сняли картузы. Глаза у обоих были испуганными, лица бледными. Губы дрожали.

– Беда, батюшка. Беда! Сами не знаем, как случилось. Погубили мы гостей-ревизоров. Насмерть погубили. Что теперь будет? Каторга! – запыхавшись, суетливо озираясь, тихо сказал Макар.

– Что за беда? Беда, батюшка, беда. Сидит белка на суку, зад свой кажет барсуку. Барсучонок, барсучок, хоть уср… не залезешь на сучок. Такая, что ли беда? Как у барсука. Говорите внятно, лихоимцы. Что натворили? – злобно передразнил своих помощников Китовый.

– Как ты и приказал, взорвали мы пещерки. Всё обвалилось, больше нет следов. Никому не найти. Нас никто не видел. А потом пошли проверить, как там рабочие. Что слышали, что говорят? Подъехали мы к руднику, а там извозчик стоит, нанятый ревизорами. Их дожидается. Работники в страхе. Оказывается, эти гости с дороги, тайно для нас, свернули на рудник. Поговорили с этими рабочими и после этого внутрь пещеры ушли. Несколько часов, по словам мужиков, уже отсутствовали, ко времени взрыва. Мы на всякий случай вперёд пошли, за ними по проходу. Прошли с версту, а там всё завалено. Не пройти. Получается, что завалило их после взрыва. Камни можно было бы убрать, но скала сошла с места. Её никак ни разрушить, ни разбить. Работники взрыва почти и не слышали. Кто же знал, что они вглубь пещеры попрутся. Там руду не добывают. Что делать будем? – со страхом проговорил, Макар.

– Ох и дурень ты Макар. Ты почему за ними слежку не устроил? Надо было проверить, точно ли они в Златоуст поехали или нет. Почему, куриная ты голова? Надо же иметь сметку. Ну почему я тебя старшим приказчиком сделал? Эх, лихоимцы. Сидели два медведя на одном суку, один чесал свою зад, а другой месил муку. Ничего доверить нельзя, злыдни!

– Так ведь, кто ожидал этого? Вы мне с раннего утра приказали пещерки взорвать. Мы, с Баженом, ещё до того, как ревизоры проснулись, на гору направились. Не причём я ваше степенство, не виновен в смерти этих людей, – быстро проговорил приказчик, оправдываясь.

– Дадут дураку честь, так и не знает где присесть. С умом ты Богом задуман, да без ума отцом сделан. Ты мне брось ерунду пороть, про гибель гостей. Может, живы ещё. Думать надо, как выручить их, – сердито проговорил Китовый.

– А может и к лучшему, ваше степенство, что завалило их? – спокойно сказал Бажен, – туда и дорога.

– Не зли и ты меня. Я грех на душу не возьму. Ты лихоимец известный, тебе человека погубить, что по ветру сходить. Одно дело, ювелира ты порешил. Деваться тебе было некуда. Другое дело, концы в воду спрятать, взорвав пещерки со станками по изготовлению монет. А погубить людей ни за что, ни про что, грех великий. Надо спасать. Думайте, как. А про грот никто не слыхивал и ничего не знаете. Поняли меня, лихоимцы? Если что и узнают, то не признаваться. Если в оборот возьмут и в острог посадят, не признаваться. Выкуплю, – уверенно проговорил Китовый.

– Так что делать? – одновременно спросили оба помощника.

– Собирайте людей. Попробуйте камни убрать. Днём и ночью надо работу вести. Пусть работники меняют друг друга. Ни на минуту не прекращайте разборку камней. Урядника ко мне вызови. Я ему сейчас скажу про взрыв. Пусть ищет, кто его устроил и зачем? Даже собака помнит, кто бьёт её, а кто кормит. Мы ему денег достойно даём. Вот и пусть землю роет, злодеев ищет. Пришла честь и про свиную шерсть. К управляющему заводом сам поеду. Вместе с ним начнём искать и спасать. Пусть работниками поможет. Ему не сносить головы, если гости пропадут. Из него самого деревянный лафет сделают, – уверенно заявил купец, намечая план действий.

«По словам Иван Юрьевича получается, что виноват урядник и управляющий заводом, что не доглядели за порядком в округе и гостьями. Хитро придумал, Китовый. Как всегда, Ваньке за труды – лягушкины муды, а Маньке за лежание на печи – вкусные калачи. Ох и ум у Иван Юрьевича! Вот у кого учиться и учиться всю жизни, и всего не перенять», – подумал Макар, удивляясь уму и сноровке хозяина.

– Что ему будет? Управляющему? – уточнил Макар, теперь уже в слух.

– Что? Что? Не дрогнет государева рука, разя Фрола-говнюка. Посадила баба старика, на мудреного быка. Бык так задом завертел, что мужик с быка к… слетел. Не по Сеньке шапка. Не быть Фролу управляющим. Но пока он нужен. Подумаю, что ещё сделать. Понято?

– Всё понятно, ваше степенство, – ответил Макар и быстро направился исполнять указания купца, за ним последовал и недовольный Бажен.

Эпилог

Тулин находился в кабинете Струкова. Сидя за столом с чайным набором. Время было вечернее. Он только что закончил доклад о событиях на Урале, прибыв всего час назад в управление сыскной полиции. Отсутствовал он практически два месяца. С вокзала поспешил обо всём доложить начальнику.

– Так что получается, вы с Кротовым почти двадцать вёрст проползли по пещере и вышли к реке Ай? – удивлённо спросил Николай Никифорович.

– Ну не всё же время ползли. После взрыва шли версты три согнувшись, затем на четвереньках. Уже и не знали, выживем или нет. По утру вышли к реке. Из тайного и заросшего ущелья выход имелся. А там нас уже искали. Местный народ давно говорил о том, что выход из пещеры имеется у реки Ай. Только не знал, где? Теперь это место известно.

– Да, вот это приключение, всем приключениям нос утрёт. Ну, а что же купец, не признался в воровском деле? Чеканке монет, – уточнил Струков.

– Нет, не признался. Концов не осталось. Не зря же они взорвали какой-то грот или пещеру, где имелись станки. Всё шито-крыто. Опрос местного населения тоже ничего не дал. Все молчали, как в рот воды набрали. Я арестовал Китового, Бажена и двух его подручных. Задержал их по подозрению в изготовлении денег и убийства ювелира, отвёз в Уфу, к местному полицмейстеру, в сопровождении урядника из этого же городка. Только Китовый этого полицмейстера кормит и ублажает. Тот ему плохого не сделает. Да и местную уфимскую власть